ДИСКЛЕЙМЕР: "Весь текст ниже является личными суждениями оценочного характера. Целью данного поста ни в коем случае не является разжигание какой-либо социальной розни внутри казахстанского общества."
Этот пост навеян недавней историей, произошедшей со мной на парковке одного из столичных гипермаркетов. Рутинная процедура перекладывания купленного из тележки в багажник внезапно вылилась в размышления о роли казахского языка в сегодняшнем Казахстане. Вернемся к событиям: пока я возился с пакетами, меня терпеливо ожидал мужчина отвечавший за сбор тележек. Я сказал ему: "Спасибо, я сам пригону тележку обратно", а в ответ я услышал: "Қазақша сөйле!" ("Говори по-казахски!").
Ну я птица не гордая, тем более этот мужчина превосходил меня в возрасте минимум в 2 раза (уважение к возрасту наше казахстанское все), так что я незамедлительно переключил языковой тумблер: "Рахмет ага, арбаны өзім апарап тастаймын" ("Спасибо ага, я сам отвезу тележку"). Возможно, что кого-то бы возмутило такое беспардонное отношение этого мужчины в столь личном и щепетильном как язык повседневного общения, но во мне этот случай пробудил скорее исследовательский интерес и в какой-то мере заставил сложится "пазл" проблематики казахского языка.
Здесь я хотел бы ненадолго отступить от рассуждения о казахском и рассказать об истории русского языка в моей жизни, отчасти типичной для многих казахов моего поколения. Из своих 23, я говорю на русском около 17 лет, так как до 6 лет я рос и воспитывался преимущественно моими казахоязычными дедушкой и бабушкой. Русским языком всерьез я овладел только учась в школе: забавно вспоминать собеседование при поступлении в первый класс, когда моя мама выступала переводчиком между мной и моей первой учительницей. Русский язык стал для меня хорошим трамплином в жизни: мне довелось учиться в одной из самых интересных школ Караганды, которую я каждый раз вспоминаю с теплотой, особенно ее атмосферу важности знаний и нашего директора Едиля Уадича, в кабинет которого запросто мог зайти любой ученик и посоветоваться по любому вопросу, даже не касающемуся школы.
Помог мне русский язык и в более зрелом возрасте: мне довелось пожить некоторое время в Москве и обучаться в одном из самых именитых университетов СНГ, благодаря которому сформировался сегодняшний я и область моих интересов. Очевидно, что все это вряд ли бы случилось, если бы не знал я русского языка.
Ни для кого не секрет, что в сегодняшнем Казахстане языковой вопрос становится предметов жарких споров и дискуссий. Доходит до того, что радикально-патриотическая часть казахского социума ставит стигму на людях сходных мне – "шала қазақтар". Как правило, под это определение попадает человек казахской национальности родом из северной части страны, малоиспользующий казахский язык в повседневном общении. Таким образом, казахский этнос начинает сегрегироваться на языковой почве, что в конечном счете приводит к взаимным обвинениям сторон с типичными в таких случаях аргументами, часто с переходом на личности.
Мне кажется, что причины столь высокого градуса противоречий кроются в экономике, а конкретно в рынке труда. На мой взгляд, казахский язык остается фактически не востребованным в большей части спектра профессиональной среды, кроме переводческого дела, делопроизводства и медиасреды госканалов, и реально живет только на уровне внутри семей и бытового общения между некоторой частью казахов плюс достаточно небольшого числа неказахов на просторах общественных пространств.
Владение русским языком на хорошем уровне, вкупе со знанием казахского на разговорном уровне, открывает гораздо больше перспектив перед потенциальным соискателем рабочего места в Казахстане. Ситуация вполне сравнима с английским языком: овладев им, ваш диапазон места приложения сил расширяется уже до уровня международных компаний и вы более не ограничены только локальным уровнем, при прочих равных условиях. В итоге, человек владеющий только одним языком в билингвальной стране, к коей можно отнести Казахстан, часто обречен на меньшие жизненные перспективы и не полную степень самореализации в профессиональном аспекте. Кстати, на мой взгляд, это работает не только с людьми не владеющими в достаточной степени русским языком – это работает и в обратную сторону. Например, при поступлении на государственную службу кандидаты проходят тест на знание казахского, что сильно ограничивает возможности неказахского населения попасть в эшелоны власти.
Еще одним драйвером роста языковых противоречий выступает тот факт, что за постсоветский период в Казахстан принял порядка миллиона реэмигрантов (оралманы). Если верить официальной статистике, то страновая принадлежность наших новоприбывших соотечественников расположилась в следующем порядке: 61,5% людей прибыло из Узбекистана, 14,3% из Китая, 9,3% из Монголии, 6,8% из Туркменистана, 4,6% из России, на долю же других стран приходится 3,5%. Даже учитывая наше недавнее общее советское прошлое и повсеместную распространенность русского языка в качестве связующего элемента межнационального общения, нельзя не отметить тот факт, что реэмигранты столкнулись с достаточно сложной проблемой адаптации не только к казахстанским реалиям, но и привыканию к лингвистическим особенностям страны, где русский язык играет превалирующую роль в экономических процессах.
Еще одной проблемой казахского языка я считаю катастрофический недостаток контента. Наше правительство пытается исправить эту ситуацию, вкладывая в развитие медиаконтента на казахском через госканалы, но я не склонен считать этим меры действенными, ведь большая часть людей моего возраста и младше, все больше интегрируется в интернет-пространство и практически не смотрит телевизор, в сети же у нас преобладает русский язык. В 2013 году русский стал вторым языком после английского по популярности в интернете, т.е. рунет стал вторым по объему контента в мире (6,2%), хотя, конечно, все еще сильно отстает от языка Шекспира за которым значится 53,9% содержимого в сети.
Стоит упомянуть и о проблеме конкуренции с российским контентом, на фоне которого программы из Казахстана иногда выглядят скучными. Справедливости ради стоит отметить тот факт, что иногда и российский контент, в свою очередь, выглядит достаточно бледно на фоне американских телепрограмм, которые он прямо или опосредованно копирует. Хотя это все, безусловно, дело вкуса и личных пристрастий.
Если правительство и правда желает улучшить ситуацию с казахским языком, то на мой взгляд, ему стоит озаботиться не столько телеконтентом, сколько книгами. Первым шагом должна стать поддержка книгоиздателей переводящих детские книги, особенно мировые бестселлеры - это будет достаточно эффективной мерой в деле развития казахоязычного контента, но пока это остается уделом отдельных добровольцев вроде одной ученицы из НИШ, которая начала переводить "Гарри Поттера". Под поддержкой я подразумеваю не прямой вклад бюджетных денег в процесс перевода книг, а, например, фискальные послабления для всех издателей, бесплатную ротацию рекламы книг на госканалах и т.д. Тоже самое можно сделать и для прокатчиков видеоконтента.
Язык - это наиболее важная часть социо-культурного кода любой страны, поэтому сохранение и развитие казахского языка, я считаю мерой сохранения самобытности и уникальности Казахстана в мировом пространстве. Развитие казахского языка не означает ущемление русского языка - билингвизм всегда был и будет оставаться нашей фишкой. Русский язык - это исторически сложившаяся вещь на территории Казахстана, которая довольно глубоко укоренена не только в быт казахстанцев, но и в культуру. Для меня лично, особо показательны традиции поздравления при религиозных праздниках, когда мы поздравляем друг друга фразами вроде "Христос воскрес" или "Айт кабыл болсын", вне зависимости от национальности и вероисповедания. Также, когда в различных анкетах меня просят указать мой родной язык, я всегда пишу "казахский" и "русский" в одной строчке, желая подчеркнуть их равнозначность лично для меня. В конце концов, мыслепроцессы в моей голове часто происходят на смеси этих языков.
Источник: yvision.kz/
Автор: Адиль К.
